Испарение выбора

 

Испарение выбора

 


Испарение выбора По словам ФиногееваИспарение выбора 09.12.2004
Ты обещал. что мы поедем В эти выходные». — «Мы не поедем в эти выходные». — «Почему?» — «Я занят». — «Чем?» — «Работой». — «Но ты же обещал». — «Ничего я не обещал». Вот это было больно. «Как же гак?! Ты сам творил». — «Ничего я не говорил Я говора i. если работа позволит, поедем. Вот что я говорил». — «Ничего подобного! Ты сказал, мы обязательно поедем, не в эти. так в следующие выходные. Два раза ты не смог, два раза и распаковывала чемоданы, сейчас уже в третий. Не стыдно обманывать0 Если не хочешь, так и скажи. И потом, кто тебе звонил и просил подозвать, видите ли. котика к телефону?» — «Я же объясни, I. это ошибка, какая-то дура набрала не тот номер». — «Да. Но когда я сняла трубку, она называла твое имя. Что ты на это скажешь?» — «Совпадение». — «Совпадение?! Она звонила и когда тебя не было. Да еше таким тоном, будто я ей мешаю. Я твоя, между прочим, жена». — «Это какая-то ненормальная», — «Вот я это ей и скажу». — «И скажи». — «И скажу». — «Скажи». — «И скажу; не волнуйся». — «А чего мне волноваться?» — «А еще я позвоню на фирму и узнаю, чем ты занят третий выходной подряд*. Муж побагровел, глаза напились кровью: «Я те позвоню!» — «Что это значит, как ты можешь так говорить?!» — «А ты что говоришь. ПОЗВОНЮ! Понимаешь, ты своими мозгами, что это как ведро дерьма на голову вылить. На меня как на идиота будут смотреть Это работа, въедешь ты. наконец, или нет. работа, сейчас так работают. А не можешь работать, пошел юн». Он кричат Я тоже, причем давно. Теперь к этому добавились слезы. Я выбежала из кухни. «Только и знаешь, что рыдать», — неслось вдогонку. В груди гора тяжести, ну так тяжело, просто не поднять. Как же все мерзко устроено. Ведь мы же любим, друг друга, а вместо любви говорим друг другу дурацкие слова. Ну почему так? Последняя часть фразы вырвалась вслух Я посмотрела вверх. Но никто не ответил. И так всегда: никакого ответа. Может, правда, это ошибка, девушка ошибаюсь камерам? Или ненормальная? Такие тоже бывают. Да, скорее всего это ошибка. Прошлась к окну, вернулась. Мы же любим друг друга. При этой мысли образовалась какая-то пугающая пустота в сердце. Огромное темное пустое помещение. А ведь бывало, когда он приходил с работы, сердце трепетало от счастья. Боже мой, как было хорошо. Сердце защемило от невозможной утраты прошлого. Слезы лились сами собой. Нет. надо успокоиться, что-то поделать, что? Я принялась выкладывать из чемодана аккуратно сложенные вещи: две рубашки, свитер, спальный гарнитур, купальник — как хателось на природу, гостиница в .лесу — просто рай. рассказываю подруга. И вот...
Я подошла к зеркалу. Красные глаза, припухшие веки. Никуда не годится. Я отправилась в душ Потом надела новый костюм, который мне шел: присланный жакет и юбка чуть выше кален. Когда-то мне казалось, грудь немного великовата для моей худенькой комплекции — вот глупая. Я вышла из дома. Поехала в центр. На Садовое кольцо. Там у меня есть одна знакомая, она парикмахер. Она сделай мне прическу; мы поболтали о том о сем, мне полепило. Обида отступила. Я вышла наружу. Светило солнце, летний ветерок обдувал колени. Широкая улица, красивые дома, пеших .людей было немного, молчаливое большинство прохожих плыло в реке машин. На фоне гула хорошо читался звук моих каблучков. На мгновение показалось: я иду не по улице, а куда-то и неизвестность, в будущее, хорошее и доброе.
Я завернула за угол, направляясь к метро. Вдруг сзади голос: «Девушка, подождите». Я остановилась и оглянулась. Быстрым шагом, переходящим в бег. почти бегом приближается мужчина. Невысокого роста с бородкой, хорошо одет. Черные брюки и кожаная куртка из дорогих «Погодите, стойте, — говорил он издали. — Разрешите пригласить вас на чашку кофе». Я покачала головой, скорее инстинктивно, чем осмысленно. Он. видимо, ехал в машине, увидел меня, выскочил И бежал за мной, иначе откуда ему взяться. Я возобновила шаг. Я не знакомлюсь на улицах. «Умоляю, только кофе». В этот момент на уровне груди вышла вспышка света, небольшая сфера желтого цвета. Это было как с первым мужем, только тогда вспышка была светлая и прозрачная. Теперь она желтая, но я знала, что это хорошо. Я уже знаю, что вижу ее только я. или, возможно, она происходит в моей голове, во всяком случае, это для меня. «Нет». — сказала я и пошла. Я все-таки не знакомлюсь на улицах. Он остановился растерянно, и лицо его выражало крайнее огорчение, даже муку: «Только кофе», повторил он почти шепотом, без всякой надежды. «Нет», — выговорила я. Но я уже менялась. Я еше шла. Но уже без прежней энергии уйти, о, если бы его ухо было более чутко, то он бы услышал, что в последнем «нет» не было прежней твердости и невозможности перемен. Каблучки не стучали, а медленно касались асфальта «Ну же, — мысленно просила я, — скажи это еше раз, только кофе, и я остановлюсь, повернусь. Я останусь». Я шла. ожидая икрами, спиной, затылком, кожей, кровотоком, желая услышать еше один раз — только кофе. Но он промолчал, не сказал ничего, я силилась подавить. поворот головы и посмотреть, что с ним. Я не удержалась, но лучше бы не смотреть, и вот я вижу: он удаляется неспешной походкой. Он уже далеко. И горчицей течет по душе несостоявшееся будущее. Упушено что-то важное. А может быть и главное. И теперь уже не вернуть, не начать сначала. Никогда Я иду и убеждаю себя: если не состоялось, значит, не должно состояться. И не могу убедить. Я говорю: ЭТО клокочет в груди жажда мести, это обида, это желание новизны. Но никак не побороть ощущения, что. согласись я на кофе, жизнь пошла бы иначе. Может, я пренебрегла тем. кто предназначен?»

Меж тем анализ хорологической картины показывает, что ничего не упущена Рядом с линией судьбы, но не касаясь ее, бежит линия влияния (рис. 4. оранжевый, л. судьбы — синий). Мы уже знаем, если линия не связывается с линией судьбы, отношения не перерастают фазы мимолетного знакомства. Для убедительности (невозможности близких отношений) линия влияния перечеркнута блоком (рис.4, красный). Напомним.,линия влияния выражает отдел программы развития, а не конкретное .лицо, с которым не состоятся отношения В будущем она будет воспроизводить похожие ситуации Потому предстоит еше несколько раз столкнуться с иллюзией, что упущены главные и единственные, «предназначенные» партнеры.
Владимир ФИНОГЕЕВ

 

Холодильник для каменной рыбы

 

Холодильник для каменной рыбы - Владимир Финогеев - "7 Дней"

   Было это в 1989 году. Волна предпринимательства покатилась по России. Подчиняясь духу времени, мы с прияте­лем задумали наконец по­пробовать свои силы в этом увлекательном деле. Я провел блиц-маркетинг среди знакомых востоковедов и установил, что в славном Непале ощущает­ся острая нехватка деше­вых холодильников. Калькулятор демонстрировал умопомрачительную при­быль. Решили начать биз­нес с небольшой партии.

 

                              ХОЛОДИЛЬНИК ДЛЯ КАМЕННО РЫБЫ

  Закупили два агрегата «Морозко» и отправились в путь. При подлете к Не­палу выяснились некоторые нюансы. Милая стю­ардесса раздала тамо­женные декларации, где указывалось, что холо­дильнички облагаются 50-процентным сбором. Это не входило в расчеты. «Слушай, — сказал я, — давай прикинемся «валенками» и не будем запол­нять декларации, мол, не понимаем, чего написано, холодильники бочком продвинем Жара ведь. Бдительность у таможни не та, что на Севере». Тогда мой товарищ перевернул листок и прочитал: «...уклонение от уплаты пошлин влечет за собой тюремное заключение сроком до 5 лет». — «По­ездка может затянуться, ты не находишь?»

  Поскольку нам нечем было платить пошлину, то холодильники наши аре­стовали в аэропорту. Ос­вобожденные от холо­дильников, а значит, и от дальнейшего процвета­ния в отдельно взятой стране, мы мрачно бро­дили по Катманду. На од­ной из площадей стоял какой-то храм. Перед ним, возле небольшого углубления, лежала ка­менная рыба. «Что это за рыба, — подумал я, — и чего она тут лежит?» Спросить было не у кого. Через пару дней уда­лось все же выкрутиться из ситуации и продать хо­лодильники. Потом пере­летели в Сингапур, приоб­рели компьютер, верну­лись в Москву и хорошо его "толкнули". Бизнес получился. Время от време­ни я вспоминал о той са­мой каменной рыбе. Тут скрывалась какая-то загадка, и она не давала мне покоя.

  Но вот в январе 1997 года знакомый непалец подарил мне свою книжку. Я открываю и на пер­вой странице наталкиваюсь на историю каменной рыбы.   В   древние времена некий астролог предсказал падение ры­бы с неба на это самое место. Чудо увековечили в камне. Непальцы почитают ее, считая, что она приносит благополучие.
  Вот я и думаю: уж не судьба ли привела нас к священной рыбе, ведь у нас даже не было де­нег, чтобы вернуться об­ратно?

ХОЛОДИЛЬНИК ДЛЯ КАМЕННО РЫБЫ

  На цветной картинке руки на третьей фаланге указательного пальца вы видите знак № 95 (рис. 1—2). Это фигура круга. Круг может быть разме­ром от 2 мм до 1,5 см о диаметре и встречаться в любом месте фаланги. Признак интерпретирует­ся как исполнение жела­ний. Ему эксперты также приписывают осуществле­ние деловой программы и успех честолюбивого за­мысла, который более проявляется в материаль­ном доходе, чем в служеб­ном росте. Не исключены и чисто профессиональ­ные достижения.

  На схеме круг в единст­венном числе. На практике кругов и кружков может быть несколько. Каждый будет заниматься своей темой. То есть количество удачных проектов и удов­летворенных желаний бу­дет возрастать. Но с этой работой может справить­ся и один круг, если он глубок и хорошо просмат­ривается. Такой признак выражает, «хроническое» исполнение желаний и ус­тойчивый деловой рост. Если круг или круги фиксируются на правой руке, то для исполнения желания и замысла надо прилагать усилия, рабо­тать.

  Если признаки присут­ствуют на левой, то мож­но и ничего не делать. Все произойдет само со­бой. Тут главное, как считал Зощенко, иметь желание. У нашего героя желание узнать о рыбе исполнилось через 8 лет. И он палец о палец ударил,   чтобы   приблизить разгадку.   Слабый круг размером 4 мм отмечается на его левой руке (рис. 3—4).
Владимир ФИНОГЕЕВ

Для единственной ночи

Для единственной ночи.

Меня никто не провожал. На вокзале тянуло дымком. Было на пять или семь градусов выше нуля. Поезд уже стоял. Я нашла вагон. Проводница, плотно сбитая казашка, улыбалась. Возможно, характер, или оттого, что до Нового года оставалось три часа Я ехала из Алма-Аты в Свердловск к двоюродной сестре матери. Мне было шестнадцать. «Проходи, — произнесла проводница, повертев билет, — пятнадцатое место». Не без труда взобралась с низкой платформы в тамбур.
Вагон был плацкартный. В проходах и купе толкались люди. Шумы, толчки, скрипы, обрывки фраз. Я пробралась к своему месту. Народу было явно больше. Три девушки, двое мужчин лет тридцати-сорока производили одновременно смех, разговор и пение. У окна сидел высокий развязный парень, размахивал руками и командовал. Я в нерешительности остановилась. Головы устремились на меня, на миг умолкли. «У тебя пятнадцатое? — громко, но не без некоторой любезности произнес парень. — Проходи, проходи, дайте девчонке место, давай сюда. Положите ее чемодан наверх, так, садись рядом». Я в некотором смущении села. На столике стояли бутылка шампанского, и какого-то неузнанного вина, и одна маленькая с прозрачной жидкостью. Разнообразная снедь этажами расположилась друг на друге. Кусок вяленого барана, помидоры, огурцы, сыр, хлеб, горки зелени, два яблока, шарики мандаринов, плитка шоколада. «Тебя как кличут?» — спросил парень. Он был лет на десять старше. «Лена», — сказала я. «Отлично!» Я пожала плечами. «Я — Влад, — сказал парень. — Это...» — он вытянул руку в направлении рыжеволосой девушки и замешкался. «Люда», — помогла девушка. Остальные стали называть имена, которые я тут же забывала. «Они все едут с нами, — сказал Влад, — в одном вагоне, в смысле». «И, как ни странно, в одном направлении». — подхватил мужчина с хорошим животом, которого звали не то Тимур, не то Костя. Обе фразы вызвали дружный хохот. Влад обнял меня за талию. Но я отстранила руку. Он как ни в чем не бывало, не переставая балагурить, убрал руку: «Ну, пора старенького проводить». Откупорилась бутылка вина. Поезд тронулся. «Поехали», — прокомментировал кто-то. Тут в проходе показался парень. Невысокий, русоволосый, моего возраста. Его также встретили как родного. Усадили на краешек и вручили пластиковый зелененький стаканчик. Но парень, как и я, не пил. Атмосфера подогревалась. Пошли анекдоты. Влад опять просунул руку мне за спину. В этот раз я повернула голову к мужчине, сидящему слева от меня, и тихонько проговорила: «Давайте поменяемся местами». Мы поменялись. Так я оказалась рядом с парнем, который вошел последним. Мы поневоле разговорились. Его звали Миша Он был незамысловат, с ним было легко. Мы переходили с темы на тему. Он заканчивал шкалу, потому разговор вскоре зашел о том, кто куда будет поступать. «Ты куда?» — спросил он. «В медицинский, а ты?» Он мотнул головой: «Не знаю. Еще не решил». — «А я с детства мечтаю стать врачом». Выстрелы пробок из-под шампанского возвестили благополучный переход из семьдесят второго в семьдесят третий год. Крики «ура» сотрясали вагон. Нашлась гитара. Мы пели, смеялись, было интересно, ново и совершенно безопасно. За окнами — черная ночь. Мне казалось, что еду я вовсе не в Свердловск, а неизвестно куда, будто и места такого на земле нет. Часа через три-четыре начали разбредаться спать. Я проснулась в яркий свет дня. За окном белели снега. Проносились островерхие зеленые ели. Мы с Мишей не расставались. Мы сидели, поп»! стояли в проходе, опять сидели, путешествовали по поезду и говорили, говорили не умолкая, рассказывая друг другу все до последних тайн. скрытых в уголках души. Может, мы думали, что. выйдя из поезда, разойдемся в разные стороны, не встретимся никогда, и потому врать не было причины, а в искренности и откровенности была удивительная притягательность. Мы легко обменялись адресами и покинули — не без грусти — вагон и людей, ставших ближе друг другу благодаря магии новогодней ночи. Я думала, мы с Мишей никогда не увидимся, он мне нравился, но его чувств ко мне я не могла угадать. Он никак их не выказывал. Я плохо еще понимала и людей, и себя, но мне казалось, что нас связывает какое-то необыкновенное чувство. И вот через месяц или два приходит письмо от Миши. Потом другое, третье. Я ответила. Завязалась переписка Он писал на редкость обстоятельные письма. Он был парень очень простой, писал с ошибками, с наивной добросовестностью приводил бытовые подробности жизни: покупки шкафа, заготовки дров, отношений с братом. Я попросила его прислать слова песни, ее пели в поезде. И он — надо же — прислал. Вдруг он приезжает, а жил он, по-моему, в Караганде, а я уже поступила в институт, но был еще жаркий сентябрь, и вот какая происходит странность: мы начинаем говорить, и все как-то не о том, как-то не так, какая-то неловкость, стеснительность стеной, неприятное какое-то состояние. Как бы не о чем говорить. Я не узнаю себя, не узнаю его. паузы невыносимые. Я жила не в самой Алма-Ате, а в пригороде, и он приезжал каждый день, и все как-то хуже и мучительней, и необъяснимо почему. И он, наконец, произносит, что любит меня, а мне мнится, что это неправда. Что это он так, по какой-то еще не остывшей инерции отношений, которая тянется в призрачный новогодний вагон. Тогда нас свела сила замкнутого пространства. Мистика затерянного в новогодней ночи поезда Поезд шел по местности, а выехал в другое время. Мы думали, оно предназначено для будущей жизни. Оказалось — для воспоминаний. Для памяти. Для прошлого».

Для единственной ночи Влидимир Финогеев

На левой руке, отвечающей за платонизм отношений, находим линию Влияния, соответствующую шестнадцатилетнему возрасту.
Обратим внимание (рис. 4 — оранжевый): линия делает вилку, не достигнув линии Судьбы (рис. 4 — синий).
Толкование воспроизводит наглядность: отношения разрываются, не начавшись, и не могут быть возобновлены.
На точке начала линии обнаруживается крестик (зеленый).
Крестик выражает влияние Луны, при этом сам расположен в лунной зоне руки.
Интерпретируется как проявление власти иррациональной, тайной глубины психики.
Разум следует за неосознанным чувством, не анализируя, не оценивая, не отвергая всплеск симпатий, рожденный необычной обстановкой, загадочностью и мистикой, которая сопровождает наши представления о новогодней ночи.
Крестик взят в замкнутую фигуру (красный), потому действие его непродолжительно.
Реальное восприятие вернулось и навело порядок.
Поскольку знак стоит на линии, он относится только к данным отношениям.

 

Запретный брод

 

                                                                                    Запретный брод.

Открыл глаза, и сразу к телефону, чтобы не забыть. Иначе забудешь. День ворует у ночи ее память. Начал набирать Ленке. Потом хлопнул себя полбу: не знаю телефона. Лет пять не звонили друг другу. А туда же — цифры набирать! Спросонья, видать, одно полушарие на другое заехало. Да, идут годы и все не туда, куда нужно. Полез в записную книжку, ищу, роюсь. А чего ищу? Фамилию не могу вспомнить. Ну, приехали, фамилию бывшей одноклассницы запамятовал. Надо напрячь мозги. Что, что напрячь? Помню, старшина в армии произносил мозьги, через мягкий знак. Это вообще странно для армии. Логично было бы ожидать произношение через твердый знак: типа мозьгы. Редкое для той среды размягчение мозьгов. Стоп, начинаю забывать, зачем Ленке хотел звонить. Тут ведь как: промедлил и — все. Нет бы она мне позвонила, сама. Мучаюсь, пережинаю, мечусь в мыслях. Но ведь не позвонит, никакого понятия о телепатии у нее нету. Так, вот что: надо отжаться от пола пару раз, кровь хлынет в мозьги, глядишь, нужная извилина расправится и фамилия всплывет. Падаю на пол так: раз. два. Ну, еще бы один, ну вот — и три. Ага — вспомнил. Надо же! Эту методику мне вчера Петька двинул. У него и теория есть чего мозг не сделает, лишь бы не напрягаться. Испугался. Бережет последнюю извилину.
Набираю номер. «Алле, Лену будьте добры». — «Я слушаю». — «Лен, привет, доброе утро». — «Здравствуй, Евгений». — «А как ты меня узнала?» — «По голосу». — « Ну, у тебя слух!» — «Не жалуюсь». — «Слушай, а ты все там же работаешь, где и пять лет назад?» — «Да ты что, уже три места сменила!» — «А как же я твой номер телефона узнал?»
— «Так я тебе неделю назад звонила и номер оставляла». — «Да, так это ты была?» — «Слушай, ты поди вчера с Петькой общался?» — «Точно! А как ты догадалась?» — «По запаху». — «Черт! Неужели уже и запах по телефону передают? Ну ладно бы по факсу. Безобразие». — «Жень, ну хватит дурака валять!» — «Извини. Но, с другой стороны, я же безработный, чего еще...» — «Прошу тебя». — «Все. Все».
— «Если у тебя дело, говори, а то я пока на работе». — «Дело есть. Очень важное. Я тебя во сне видел». — «Слушай, позвони вечером». — «До вечера забуду». — «Ну, давай, только быстро». — «Я видел во сне. как ты реку вброд переходила». — «Все?» — «Все». — «Ну, тогда пока, вечером созвонимся». — «Так ты что же, не хочешь узнать, что это значит?» — «Нет». — «Почему?» — «Во-первых, это опять какая-нибудь гадость, а во-вторых, я не могу сейчас разговаривать: меня уволят. Понял?» — «Ну понял». — «Не сердись, вечером созвонимся. Все, пока». Гудки. Я положил трубку, отправился на кухню и сделал себе яичницу без бекона». «А если бы ты работал, ты бы ел яичницу с басоном», — говорил Петр. Чего он про бекон вспомнил?
Часа через два звонок. Беру. «Жень, это я». — «Лена? Тебя чего, уволили?» — «Тебе бы на язык одну вещь предложить». — «Типун?» — «Именно. Обед у меня, вот и звоню. Ну ладно, колись про сон, толкователь». — «Хорошо, я еще помню, а вечером бы точно забыл. Значит, так, этот сон предвещает тебе скорый брак». — «Брак?! Чепуха какая. Придумаешь тоже!» — «Это не я. Так в книжке написано, в толстой». — «Мне кажется, подвирают толстые книжки. Ну да ладно. Теперь у меня к тебе дело. Позвонила моя подружка, ее надо в аэропорту встретить. Она прилетает из Парижа». — «Это та, которая путешествовала автоспидом?» — «Дурак ты!» — «Тьфу, оговорился, всегда путаю, автостопом». — «Это другая подружка, ну так поможешь? У тебя тачка шикарная, и ты без дела простаиваешь». — «Тебе не могу отказать». — «Тогда заедешь за мной после работы и подъедем?»
В шесть я был у офиса. Лена была в замечательном красном платье. «Красивое платье». — «Тебе нравится?»
— «Очень. Хотя я бы предпочел, чтобы ты была в зеленом». — «Почему?» — «Гаишник придерется, скажет, поехал на красный». — «Не проедешь, не волнуйся. Ну, чего Петька рассказывал? Как там Гришка поживает?» — «Любимчик твой? Беда у него». — «Что случилось?» — «Ему волосы с головы на задницу пересадили». — «Как так?» — «Врачебная ошибка». — «Вы с Петькой оба дураки! Ха-ха-ха. Рассмешил-таки, черт такой!» — «Шучу. Врачи ни при чем. Облысел наш добрый Григорий».
Лена вглядывалась в поток выходящих людей: «Ага, вон она». — «Которая?» — «Видишь вон ту толстую даму?» — «Ого. да она мечта штангиста. Каждую ночь он бы говорил: вес взят». — «Да не она. рядом с ней. Это я ее для ориентира». — «Спасибо, а то я уже прикинул расходы на замену амортизаторов».
По дороге Лена рассказала подружке про мой сон: «Так что я скоро выйду замуж». — «А в чем ты была одета во сне?» — «Жень, в чем?» — «Не помню, про это не показывали». — «А какая была вола?» — спросила подруга. Вот дотошная баба — подумал я. Вслух сказал: «У меня такое ощущение, что вода не упоминалась, будто ее не было. Ты просто перешла реку вброд, с одной стороны на другую». «Ну, если вода не отмечена, — заключила подруга, — то это означает, что тебя повысят на работе». «Это классно!» — восклик1гула Лена. Я поддержал: «В источнике, который я изучал, про службу не говорилось. Но я не буду возражать против расширенной интерпретации».
Мы прибыли поздно. Болтали полночи. Я остался. Потом еще раз остался. И как-то прижился.
Роман не продлился долго. Через месяц я вернулся к себе. На подоконнике лежал сонник. Я сдул пыль, открыл место про брод. Если вода в реке мутная, то девушку ожидает недолгая связь. Я знал это с самого начала. Да ведь судьбе не откажешь».

Запретный брод По словам Финогеева

На левой руке линия Влияния соединяет две линии: Судьбы и Сердца (рис. 4. л. Влияния — желтый, л. Судьбы — синий, л. Сердца — зеленый).
Частных толкований данного рисунка довольно много, и иногда они противоречат общему.
Общее значение лапидарно и категорично: судьба инициирует связь, которую сама же и останавливает.
Частные интерпретации, не соответствующие обшей, должны быть поддержаны дополнительными рисунками.
Например, если из линии Влияния выходит вертикальная линия, ведущая в поле 8, т.е. под безымянный палец.
 В нашем примере, если присмотреться, эта линия как раз пересекает линию Влияния, что делает надежды на брак неосуществимыми (рис. 4, искомая линия — красный).

Горсть евро

Горсть евро

Владимир ФИНОГЕЕВ

7 Дней

«Ты положила мой синий пуловер?» — «Да». — «Галстук?» — «Сиреневый». — «Почему сиреневый? Надо черный». — «Нет никаких черных. К твоему синему костюму только этот подойдет. Уже скоро пятьдесят лет вместе, а ты все не понимаешь, что сочетается». — «Какое мне дело до этих сочетаний. Есть вещи поважнее». — «Ну да, устройство мироздания». — «Хотя бы». — «Ладно, где документы и билеты?» — «У меня в сумке». — «Я должна посмотреть, что ты взял». Он недовольно поморщился. Я знаю, он не любит, когда я проверяю. Но я все-таки подошла к сумке. Расстегнула молнию. «Так, паспорта. Билеты на самолет. Кредитки. Деньги. Здесь тысяча, это правильно?» — «Да». — «А что это за связка ключей?» — «Запасные от дома и от работы». — «Ты думаешь, их надо брать?» — «Надо». — «Ну хорошо. Надо поторопиться. Сейчас такси подъедет, а мы все копаемся». — «Я готов». — «Я тоже. Надо выключить свет везде». Телефонный звонок. Беру, вежливый голос сообщил: такси у дома. «Это такси, —

Горсть евро Цикл статей Вл. Финогеева 1

сказала я. — Выходим». Мы взяли вещи. Два чемодана и сумка с документами. Заперли двери. «Давай ключи мне», — сказал он. — «Нет, пусть будут у меня». — «Да ты потеряешь». — «Вот еще! Лучше следи за своей сумкой». Мы сели в такси. «На вокзал», — сказала я. На вокзале мы планировали сесть на поезд, доехать до аэропорта. Таксист в белой рубашке с галстуком широко улыбался. Я подумала, даже если не будет белой рубашки и галстука, обязательно будет улыбка. Европа, одно слово. Через двадцать минут были на вокзале. Подошел сине-белый обтекаемый экспресс. Вошли в вагон, сели. Кресла располагались не рядами, а отсеками — по четыре, где можно сидеть друг против друга. Чемоданы поставили на кресла у окна. Сели напротив. Сумку с документами муж держал под рукой. Несмотря на то что на платформе было многолюдно, в вагоне почти никого не было. Поезд плавно тронулся. Быстро набрал скорость. Мимо проносились старинные дома с черепичными крышами. Зеленые шапки деревьев. Цивилизованный пейзаж. «Я забыла, поезд идет без остановок?» «С одной», — ответил муж. Через пятнадцать минут поезд сбросил скорость. В противоположную дверь вошли несколько крепких мужчин. Три высоченных, под два метра, парня, один поменьше, вертлявый. Они шли по проходу. Лицами походили на цыган. Тот, что поменьше,

Горсть евро Цикл статей Вл. Финогеева 2

нес в руках кошелек, рылся в нем. Поравнявшись с нами, он поскользнулся, взмахнул руками, из кошелька прямо нам под ноги полетели монеты, дождь из монет. Поезд тормозил. Вся компания резко остановилась рядом с нами. Вертлявый закричал: «Ой-ой-ой, помогите собрать, пожалуйста, нам сейчас выходить». Мы, как добросердечные граждане, нагнулись, стали собирать деньги. Это была не мелочь, а монеты достоинством один-два евро. Набрав несколько, я высыпала их в ладонь парня. Наклонилась за новой порцией. Поезд остановился. Когда я выпрямилась, никого не было. «Ну вот, — огорчилась я, — недособирали деньги, а их нет». «Выскочили они», — сказал муж, держа в ладони монеты, — видимо, торопились». Поезд тут же поехал. Некоторое время молчали. «Что с деньгами делать?» «Возьмем себе, не выбрасывать же, тем более что это практически не деньги», — сказал муж. — «Неудобно». Я смотрела на мужа. Он на меня. Что-то изменилось. Я не могла понять. Что-то заныло под сердцем. Муж опустил правую руку на сумку, которая стояла у его левого бока. Рука опустилась на сиденье, не встретив сумки, ощутив шероховатую ткань кресла. Мы оба посмотрели туда. Сумки с документами, билетами, кредитными картами, ключами не было. Кровь отхлынула от лица. Я не верила. Муж нагнулся посмотреть, не упала ли?

Посмотрел под креслами. Я смотрела на пустое место. Я так ясно, так четко видела в своей памяти эту сумку, что не могла отделаться от мистического ощущения, что этого не может быть. На наших карточках все наши деньги. Я оглядывала кресла кругом в надежде увидеть ее строгую прямоугольную форму. Ничего. «Надо позвонить в банк и заблокировать карты, — сказал муж. — Сумку украли. Причем надо поторопиться. Телефон банка у тебя на мобильном». Я включила телефон, ничего не могла разобрать на экране. Я перестала видеть, внутри все тряслось. «Надень очки», — сказал муж. Руки дрожали, я не могла набрать номер. Боже! Неужели они успеют раньше? Наконец нужный набор цифр появился на экране. Гудков не было, телефон сообщил, что дозвониться невозможно. Нет связи. «Нет связи». — «Попробуй еще раз, хотя, возможно, сигнал специально подавляется в поезде». Я не смогла дозвониться. Прошло полчаса. «Ну что, плакали наши денежки», — сказала я. «Необязательно, это время обеда, ничего нигде не работает, банки в том числе». Когда мы въехали в аэропорт, связь возобновилась, я сообщила банку о краже карт: «Узнайте, не сняли ли с них деньги?» — «Фамилия, номера карт?» — «Не помню». — «Пароль?» Я назвала слово. Через несколько долгих секунд голос ответил: «Никаких списаний с карт не было. Карты будут заблокированы». — «Спасибо. Слава Богу, успели, — вздохнула я. — Ну хоть что-то». «По всей видимости, — произнес муж, — поездка в Мадрид отменяется. Без паспортов еще можно обойтись, а вот без билетов вряд ли». «Надо сообщить в полицию», — сказала я. Мы обратились к первому полицейскому, которого встретили в здании аэропорта. Тот привел нас в отделение. «О да, — сказали блюстители закона, — на этой станции часто воруют. Надо быть внимательнее». «Спа­сибо», — сказала я. «Вот это забота о гражданах, — сказал муж по-русски. Затем обратился к полицейским: — А поймать их не пробовали?» — «Мы знаем, кто это делает, но поймать пока не получается». Они составили протокол, мы подписали. Нам выдали справку об утере паспортов. «Еще совет. О деньгах можно забыть. Сколько там было? Тысяча евро? Мы сожалеем. Паспорта тоже не вернут. Если кто-то будет звонить, предлагать документы, на контакт не идите». Мы вышли. «Ловко нам обменяли тысячу евро на горсть мелочи, — сказал муж. — Да, деньги под ногами — плохая примета».
Нарушения, которые обозначают соприкосновения с нехорошими людьми и кражи, выражены в данном случае локальным подъемом папиллярного рельефа (рис. 4, черные точки и пятна в красных кружках). Эти нарушения узора входят в группу нарушений А2.

 

 

 

Дополнительная информация